Конфликт между США и Израилем с Ираном быстро меняет глобальные энергетические маршруты, опережая обновления прогнозов аналитиков. Европа, которая последние годы стремилась к газовой независимости, столкнулась с новой угрозой: Азия начинает перетягивать танкеры со сжиженным природным газом (СПГ), предлагая более высокие цены. Согласно данным Financial Times, уже четыре судна, направлявшиеся в Европу, изменили свои маршруты.
Закрытие Ормузского пролива и остановка крупнейшего в мире экспортного терминала в Катаре создали дефицит, который немедленно отразился на ценах. Азия, сильно зависящая от поставок из Ближнего Востока, готова платить больше. Например, Тайвань в 2025 году получал из Катара более 30 процентов своего газа, Южная Корея — 15 процентов, Япония — 5 процентов. Теперь эти страны активно ищут альтернативные источники.
«Танкеры всегда направляются туда, где им выгоднее, — поясняет Якоб Шландт из Гамбургского института. — Побеждает тот, кто предложит большую цену».
Европа оказалась в ловушке своего успеха. После отказа от российского трубопроводного газа доля СПГ в европейском импорте выросла с 19 процентов в 2021 году до 43 процентов в 2025. Но теперь, когда ближневосточный газ уходит в Азию, европейским странам приходится конкурировать с покупателями, для которых цена не так важна, как наличие топлива. Цены на газ в Европе достигли 69,5 евро за мегаватт-час — вдвое выше довоенного уровня (хотя это значительно ниже рекордных 342 евро 2022 года).
Особую озабоченность вызывает состояние газовых хранилищ. По информации Gas Infrastructure Europe, они сейчас заполнены лишь на 29 процентов — это значительно ниже пятилетнего среднего показателя в 45 процентов. Летний период, когда обычно происходит закачка, может не улучшить ситуацию, если потоки СПГ продолжат уходить в Азию.
«Если закрытие Ормузского пролива продлится больше месяца, Европа рискует войти в отопительный сезон с критически низкими запасами», — предупреждает Эриса Пасько из ведущей международной исследовательской и аналитической компании.
Парадокс заключается в том, что большая часть катарского СПГ реализуется по долгосрочным контрактам. Но, как указывает Financial Times, некоторые покупатели могут менять конечный пункт поставки, а продавцы готовы расторгать соглашения, если цены поднимаются до определённого уровня. Именно это и происходит сейчас. Танкеры, которые еще неделю назад направлялись к европейским терминалам, меняют курс в сторону Японии и Южной Кореи.
Поставки из Норвегии и Алжира по трубопроводам продолжаются, но они не могут полностью компенсировать недостающие объемы СПГ. Европа снова, как в 2022 году, оказывается заложницей глобальной энергетической игры, где правила не определяют политики, а трейдеры и рыночные котировки.
Ангелина Бржевская