Удар в спину: Литва решила нажиться на потере Украиной транзита российского газа

Удар в спину: Литва решила нажиться на потере Украиной транзита российского газа

Литва ожидает значительного сокращения транзита российского газа через Украину. Об этом заявил министр энергетики прибалтийской республики Дайнюс Крейвис. По его мнению, проблемы Киева пойдут на пользу СПГ-терминалу в Клайпеде, который будет снабжать голубым топливом потребителей за рубежом. То есть Литва планирует перехватить у «братской» Украины статус страны-транзитера. То же самое могут заявить поляки, которые собираются отказаться от импорта российского газа к 2023 году.

О планах покорения европейского энергорынка Дайнюс Крейвис рассказал в комментарии агентству Reuters. Он прогнозирует, что во второй половине 2022 года начнет работать интерконнектор GIPL, соединяющий газовые сети Прибалтики с Польшей. Теоретически через него можно прокачивать топливо, которое Литва импортирует в сжиженном виде.

Об этих планах Вильнюс заявляет открыто. GIPL должен помочь клайпедскому СПГ-терминалу найти новые рынки сбыта.

Но Дайнюс Крейвис возлагает надежды еще и на проблемы с транзитом российского газа через Украину. «Мы станем частью огромного интегрированного центральноевропейского рынка, спрос на газ в регионе продолжает расти, и в то же время мы ожидаем значительного сокращения импорта российского газа через Украину», — заявил министр энергетики Литвы.

Ход его мыслей понятен. Если «Газпром» остановит или хотя бы сократит украинский транзит, то энергетический кризис в Европе приобретет масштабы катастрофы.

Цены на газ улетят в космос.

А клайпедский СПГ-терминал моментально превратится в курицу, несущую золотые яйца. За право воспользоваться его услугами будут конкурировать все, у кого физически есть возможность импортировать газ из Литвы. Например, словаки — они как раз заканчивают строительство интерконнектора на польской границе.

Газотранспортные системы Польши и Чехии были соединены еще в 2011-м году, причем этот проект стал прямым следствием российско-украинского транзитного кризиса. «Польско-чешский интерконнектор является знаком надежды, что газовые проблемы никогда уже не коснутся наших государств. По крайней мере, не так сильно, как несколько лет назад», — говорил тогдашний премьер-министр Польши Дональд Туск на торжественной церемонии открытия интерконнектора.

Но главная цель Литвы — это контракты с самими поляками. Они ближе всего, их можно соблазнить возможностью использовать Инчукалнское газохранилище в Латвии (крупнейшее на территории Прибалтики). С ними, по словам Крейвиса, Вильнюс планирует согласовать льготные тарифы на прокачку голубого топлива по GIPL.

«После ввода трубопровода в эксплуатацию на терминале (в Клайпеде — прим. RuBaltic.Ru), скорее всего, не останется неиспользованных мощностей», — прогнозирует литовский министр.

И только об одном маленьком нюансе он почему-то умалчивает: поляки собираются использовать GIPL для прокачки газа в обратном направлении. Они хотят осваивать энергетический рынок Прибалтики. В их представлении литовские потребители должны импортировать газ из Польши, а не наоборот.

Все свои интерконнекторы Варшава лоббировала и строила, стремясь превратиться в европейский хаб — газораспределительный центр. У нее уже есть собственный СПГ-терминал. Возможно, появится еще один. Газопровод Baltic Pipe свяжет Польшу с месторождениями на норвежском шельфе. И это, пожалуй, единственная труба, по которой поляки собираются импортировать газ, а не экспортировать.

Под вопросом заключение нового контракта с «Газпромом» (старый заканчивается 31 декабря 2022 года).

Но и без него дефицит газа Польше не грозит, поэтому планы Дайнюса Крейвиса выглядят, мягко говоря, нереалистично.

Отдельного внимания заслуживают его слова о том, что Литва ожидает «значительного сокращения импорта российского газа через Украину». До 2024 года никакого «значительного сокращения» не будет: «Газпром» обязан экспортировать через Украину законтрактованные объемы газа по принципу «качай или плати».

Нарушать договор бессмысленно — в таком случае Киев инициирует и гарантированно выиграет разбирательства в Стокгольмском арбитраже. Россия уже «обожглась» на этом в 2018–2019 годах.

Но открытым остается вопрос, какие объемы транзита украинская ГТС сохранит после окончания действующего контракта с «Газпромом». Москва делает все возможное, чтобы загрузить обходные «потоки». С Венгрией уже заключены договоренности о поставках газа через Сербию и Австрию.

В 2024 году должно произойти то, о чем говорит Крейвис.

Только он снова недоговаривает: значительное сокращение транзита российского топлива через Украину приведет к росту его поставок по другим маршрутам. «Газпром» ни в коем случае не собирается уходить из Европы, хотя и диверсифицирует экспорт.

Теоретически Литва может воспользоваться большим энергетическим кризисом, который провоцирует Киев. Полная остановка транзита российского газа через Украину в 2024 году станет поводом для санкций против «Северного потока — 2».

Произойдет то, что могло произойти в начале 2020 года, если бы «Газпром» и «Нафтогаз» не согласовали условия нового контракта.

От этого пострадают и Европа, и Украина, и Россия.

Зато оператор клайпедского СПГ-терминала отчитается о рекордных объемах загрузки и баснословных доходах.

Впрочем, все это не более чем разговоры в пользу бедных. Если транзитный кризис произойдет, то продлится он от силы несколько дней (не дольше, чем в 2009 году). Сторонам переговоров все равно придется найти компромисс. Цена затяжного конфликта для них слишком высока.

Так что и здесь не судьба литовскому СПГ-терминалу проскочить в «дамки».

Сами по себе «наполеоновские» планы Крейвиса трудно комментировать без иронии. Хотя для Украины здесь нет ничего смешного. Литва отчаянно сопротивлялась строительству «Северного потока — 2».

Теперь же выясняется, что она не просто ожидает сокращения украинского транзита — она хочет извлечь из этого выгоду.

То же самое могут сказать (и наверняка скажут!) поляки, которые вообще собираются отказаться от сотрудничества с «Газпромом»: если трения между Киевом и Москвой приведут к сокращению поставок «грязного» российского газа в Европу, то это даже хорошо. Дружба дружбой, а табачок врозь.

 

Что будем искать? Например,Человек